"ЗАКЛИНАНИЕ КАК ЭТАЛОН ПОЭТИЧЕСКОГО"

Мне выражают благодарность за ваши статьи начинающие литераторы.
Спасибо Вам от них!

"ЗАКЛИНАНИЕ КАК ЭТАЛОН ПОЭТИЧЕСКОГО"

Сообщение _AM 02 апр 2008, 09:12

Известный для пишущей братии манифест, который подгрузил мне в своё время Сергей Стульник.

Поскольку вопрос интересный и вневременной, любопытно было бы услышать мнения...

АЛЕКСАНДР КУДРЯВЦЕВ

"ЗАКЛИНАНИЕ КАК ЭТАЛОН ПОЭТИЧЕСКОГО" (ПОЭТИЧЕСКИЙ МАНИФЕСТ)


В 1998 году сей труд был опубликован в литературном журнале "Пороги". В 1999 году - по номинации "Лучшее публицистическое произведение" вошёл в число номинантов на премию "ИНТЕРПРЕССКОН", ежегодно присуждаемую в г. Санкт-Петербурге (Российская Федерация) за лучшее произведение года. Тем самым гипотеза (гениальное провидение?) Автора признана читателями и профессионалами одной из самых оригинальных и значи-тельных, из тысяч и тысяч, опубликованных за текущий год на русском языке
Данный труд не является сугубо научным ни с литературной, ни с культурологической, ни с антропологической точки зрения, хотя и оперирует категориями и материалом упомя-нутых дисциплин. По сути своей он поэтичен, поскольку предмет его исследования - по-эзия.
По форме он скорее родственен научной статье, нежели манифесту, однако по духу это манифест, должный провозгласить субъективные представления о поэзии, преломлённые через призму литературно-еретической гипотезы, изложение которой последует ниже.
Гипотеза родилась спонтанно, снизошла неким ошеломляющим озарением. Именно так, как и должна рождаться рифмованная строка, достойная именоваться поэзией. Вымученное - не есть поэзия: вечность может отшлифовать, но родить может только мгновение.
Исток искусства сокрыт от нас десятками тысячелетий. Первобытного человека подвига-ли к действию две доминирующих силы: голод и инстинкт размножения. То есть, инстинкт самосохранения в двух ипостасях, различных своей направленностью: в первом случае век-тор имеет субъектную окраску, направлен внутрь, во втором - объектную и направлен во-вне. Перед тем, как убить бизона или мамонта, первобытный человек убивал его символи-ческое изображение, нарисованное на стене пещеры. Следовательно, живопись имеет маги-ческие корни. Но для усиления магического эффекта человек решил перейти от опосредо-ванного - через картину, - общения с богом к непосредственному. Формой этого общения явились заклинания - когда жрец напрямую заговорил с богом. Они были первой и истин-ной формой образно-фонетического искусства, неким сверхжанром, имевшим в зародыше всю будущую литературу, хотя слово "литература" в контексте данной гипотезы имеет не-гативную окраску. Однако, поскольку заклинания чаще всего произносились под музыку - также своим происхождением обязанную магии, - это свидетельствовало о наличии в них некоего ритмического каркаса. Таким образом, заклинания являлись поэзией. Поэтому жреца, произносившего заклинания, вернее было бы назвать жрецом-поэтом, а его образно-фонетические произведения - прапоэзией. Заклинательная прапоэзия была универсальным жанром, соединившим в себе черты как живописи, так и музыки: её образная составляющая примыкала к первой, а фонетическая - ко второй. Живопись и музыка тоже были заклина-ниями, однако менее информативными, чем прапоэзия. По существу, всё первобытное ис-кусство имело заклинательную природу. Функцией бога, к которому оно апеллировало, была обязанность накормить человека, и этот первобытный бог являлся ничем иным, как астральной проекцией урчащего от голода желудка, порождением первой составляющей инстинкта самосохранения.

Что из себя представляла заклинательная прапоэзия? Подозреваю, корректно гово-рить о примитивности интеллектуальной организации первобытного человека, в связи с чем наш "образно-фонетический сверхжанр" не был в достаточной мере оформлен, - следо-вательно, заклинания являлись импровизацией. С усложнением организации мыслительных процессов первобытного человека происходит структурное оформление прапоэзии, что влечёт за собой подчинение импровизации неким исторически складывающимся канонам; однако и тогда традиция ещё не сделала косный эталон святыней, и норма построения за-клинания была подвижна... Именно литература, как неподвижная, мёртвая, графически за-фиксированная норма, явилась причиной гибели заклинательной прапоэзии. Корневая ос-нова - "литера" (буква) - чётко указывает нам на инструмент фиксации, и наводит на мысль о существовании некоей гибельной первопричины. Эта первопричина - письменность, по-служившая матрицей для литературы. Письменность почти убила поэзию как заклинатель-ную импровизацию, допускавшую вариативность толкования природы бога, отображав-шую субъективное видение бога жрецом-поэтом.
Заклинательная поэзия могла представлять собой как выраженный лексически на-бор субъективных образов, так и совершенно семантически неокрашенный звуковой ряд. Главным в поэзии было её сродство с богом, а определяла степень этого сродства её образ-но-фонетическая структура, должная заворожить, околдовать, как жреца-поэта, так и слу-шателя. Именно производимое впечатление являлось критерием поэтичности, причём даже в том случае, когда орудием воздействия был упомянутый семантически неокрашенный звуковой ряд. Во многом действенность заклинательной поэзии была связана с личностью конкретного жреца-поэта.
Теперь коснёмся поэтического богостроительства, совершаемого поэтом-жрецом, придумавшим имя бога. Имя бога есть наиболее характерное звукосочетание упомянутого семантически неокрашенного звукового ряда. Вслушаемся в простоту звучания имён бога: собственно "Бог", германское "Gott", еврейское "Яхве", египетское "Ра", греческое "Зевс" и т.д. Эти имена - суть извлечения из семантически неокрашенного ряда: например, имя ис-ламского бога "Аллах", произносимое на арабском, как "алла", очень напоминает лопота-ние маленького, не научившегося говорить ребёнка, зачастую звучащее, как "ала-ала-ала". Коснувшись этого аспекта, следует заметить, что имена славянского и германского богов фонетически неверны. Их следует произносить следующим образом: "Бох" и "Хотт", так как звук "х" по сравнению со звуком "г" более лёгок для артикуляционного аппарата чело-века. Напрашивается вывод: в некоем, неизвестной локализации, речевом звукохранилище есть ряд доминирующих фонетических архетипов, принятых произнёсшим их в своих за-клинаниях жрецом-поэтом в качестве имён бога. Таким образом, поэзия явилась нарица-тельницей богов. Радикальная интерпретация приведённого выше материала говорит о большем: поэзия явилась создательницей богов. Бог-Любовь, пришедший на смену Богу-Голоду, явился порождением поэзии. То есть, когда субъектная, направленная на себя, со-ставляющая инстинкта самосохранения из-за заметного роста уровня развития материаль-ной культуры отошла назад, на первый план выдвинулся инстинкт размножения. Бога, яв-лявшего собой проекцию желудка, заменил бог, являвшийся астральной проекцией генита-лий. Этот новый бог вторичен и в некоторой степени надуман, но самый большой его не-достаток в том, что вторичная поэзия, создавшая его, была умерщвлена порождённой письменностью литературой, самым опасным компонентом которой (опасной для заклина-тельной поэзии! ) явилась логика. Новая, любовная поэзия в идеале тоже должна была яв-ляться заклинательной (её можно разделить на две телеологически окрашенные группы: первая поэзия призыва, должная привлечь внимание бога к отсутствию объекта любви; вторая - поэзия удержания, должная охранять обладание объектом любви). Это в идеале. Однако идеал - в подавляющем большинстве случаев, - недостижим...
Обобщённый вывод звучит следующим образом: ПОЭТ МОЖЕТ РОДИТЬ БОГА.
Привнесённая в поэзию логика убила её, заставив подчиняться себе, то есть, на-сильно оборвала связь с богом, потакая амбициозной самовлюблённости человека, уверив-шегося во всемогуществе разума. Кроме того, искусство и официальная, узаконенная госу-дарством, религия оказались разделены. На место богов, сотворённых жрецами-поэтами, встали надуманные, картонные боги, порождённые жалкой, прагматически ориентирован-ной фантазией этиков и политиков. Новые идеологи провозгласили истинность новых бо-гов. Старые боги были преданы анафеме. Принятые на государственную службу церковно-служители получили законную монополию на общение с новыми богами, из чего следовало - искусство неправомочно общаться с ними; а так как в представлении масс _л_о_ж_н_ы_е_, старые боги больше не были озарены трансцендентным светом, искусство потеряло вообще всяческую связь с богом. За исключением тех случаев, когда сама религия рекрутировала на свою службу представителей искусства; хотя нельзя исключать возмож-ности и обратного - от религии к искусству, - движения в рамках официальной церкви. Ис-кусство становилось светским. Отдалявшийся от бога человек заставлял и искусство всё более отдаляться от бога; наблюдалась тенденция к логизации искусства. Личности, спо-собные преодолеть догматизированную логику, пронизавшую новую поэзию, способные связаться с богом без посредников - служителей официального культа, - являлись исключи-тельной редкостью. Они-то и были истинными поэтами. Но их было несравнимо меньше, чем жрецов-поэтов, некогда напрямую причастных к заклинательно-поэтической истине. Логизированная и оторванная от бога поэзия почти потеряла свою магическую силу.
Истинная поэзия не может не быть заклинательной, следовательно, по природе своей она является язычеством. Даже так называемая библейская поэзия, переступая черту, отделяющую истинное от неистинного, становится язычеством. Зарифмованные строки, достойные зваться поэзией, суть новое, реставрированное в индивидуальном порядке язы-чество. Поэзия должна завораживать, образы и звуки - околдовывать, подчинять себе. На-стоящая поэзия есть иной язык, на котором поэт говорит с богом; и язык этот, в виду ущербности человека, зачастую бывает непонятен даже говорящему на нём - автору. Текст может быть склеен из семантически разнородных лоскутков, в нём могут нарушаться зако-ны человеческой логики, но если от него веет жутковатым, мистическим холодком, если он свидетельствует о том, что, протянув руку, можно коснуться бога, значит, цель достигнута. Рождаться поэзия должна одномоментно, то есть, быть стихийной импровизацией, недаром ведь слова "стихия" и "стихи" являются однокоренными. Истинная поэзия является мгно-венным субъективным слепком физически объективного бога, либо бога, объективного по-этически, если он - порождение поэзии. Истинная, заклинательная поэзия должна рождать-ся и сразу умирать - дабы не превратиться в косный канон, во имя бессмертия поэзии в це-лом. Ценен не несуществующий единственно истинный образ бога - ценна вариативность истинного образа.
Почему данная гипотеза достойна веры? Почему только заклинательную поэзию можно считать истинной? Почему нужно писать не стихи, но заклинания? Чтобы ответить на эти вопросы, следует вернуться назад. Выше указывалось на то, что первой формой об-разно-фонетического жанра явилось заклинание. Ибо примитивнейший человек тогда стоял на низшей ступени культурного развития. Следовательно, либо заклинательная поэзия ар-хетип человеческого сознания, имманентно присущий человеку, то есть неотъемлемая часть комплекса, возвысившего вид homo sapiens над природой... либо нечто богоданное, если принять за аксиому существование объективного, не-поэтического бога. И в первом, и во втором случаях личность, считающая себя поэтом, обязана подчиниться, так как, если это архетип, то именно заклинательная поэзия должна вызывать в человеке наибольший ре-зонанс. Если же - некое ниспосланное свыше средство коммуникации с богом, то отказы-ваться от него - значит отворачиваться от бога. Третьего не дано, так как заклинательная поэзия является обязательной для определённой ступени развития человеческого социума, и эту ступень невозможно перепрыгнуть. Появление образно-фонетического искусства в форме заклинательной поэзии НЕОТВРАТИМО для примитивного общества; в обществе развитом заклинательная поэзия заявляет о себе спорадически, однако - ЗАЯВЛЯЕТ.
Поэтому всех, считающих себя поэтами, _з_а_к_л_и_н_а_ю_ обратиться в новое языче-ство! Заклинаю начать писать не стишки, но заклинания, способные заворожить как ав-тора-творца, так и его слушателей! ..

Заклинаю стать поэтами-жрецами!!! Заклинаю... Ибо этот манифест ЗАКЛИНАНИЕ
-----------------------------
г. Николаев, 14.-15.09.1997 г.
Аватара пользователя
_AM
 
Сообщений: 2872
Зарегистрирован: 05 мар 2008, 14:08
Откуда: Kherson, Ukraine

Re: "ЗАКЛИНАНИЕ КАК ЭТАЛОН ПОЭТИЧЕСКОГО"

Сообщение ariy 03 апр 2008, 18:12

Глубокий текст, уходит сантиметров на 20 вглубь монитора, в целом согласен - не надо сочинять...
Поэзией дышать надо - вдох Бога - выдох-стих... не успел схватить мгновение - после не достучишь
"Каждая капля дождя - это поцелуй неба"
Аватара пользователя
ariy
 
Сообщений: 336
Зарегистрирован: 09 мар 2008, 17:06
Откуда: Херсон

Re: "ЗАКЛИНАНИЕ КАК ЭТАЛОН ПОЭТИЧЕСКОГО"

Сообщение Tory 07 апр 2008, 16:26

Истинная поэзия не может не быть заклинательной, следовательно, по природе своей она является язычеством.

Любое творчество, не скованное рамками- близко к язычеству:)
И именно то что "льется"- потом и хранится веками. То что ваяется по заказу или в дань конъюнктуре- забывается через пару десятков лет максимум.
"Забудьте, что у вас на носу очки, а в душе осень".(с) И.Бабель
Аватара пользователя
Tory
 
Сообщений: 98
Зарегистрирован: 12 мар 2008, 15:18
Откуда: Киев

Re: "ЗАКЛИНАНИЕ КАК ЭТАЛОН ПОЭТИЧЕСКОГО"

Сообщение Ptah 03 июн 2009, 14:07

Вымученное - не есть поэзия: вечность может отшлифовать, но родить может только мгновение.

В этой фразе - главная составляющая статьи.
Жаль, в основном потоке автор статьи увлёкся камланием слова... и потерял канву. Теперь из этой "каши" так тяжко выудить "магический камушек"...

Видимо, Мгновение автора было неохватным))))
мишковатая я
Аватара пользователя
Ptah
 
Сообщений: 425
Зарегистрирован: 25 май 2009, 22:14
Откуда: Цюрупинск


Вернуться в Литературная учеба!

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1

cron
META-Ukraine Club _BV_  socio atlas For letter to admin

PHOTO_AM_

WEB resources AM

Send SMS:   -   

 MTS, Jeans... 

 Kyivstar,Ase&Base,Djuice... 

 Beeline